24.09.2025

Тексты Майкла Харта имеют значение для развития текстологии. Перевод выполнен автоматически с минимальными корректировками.

### Кто изобрёл электронные книги (eBooks)?

Who Invented eBooks?

Майкл С. Харт

Я определённо не был первым человеком, который набрал текст на компьютере; тем, кем я был, — это первым человеком, набравшим текст на компьютере с целью создания электронной книги, которая стала бы шагом, необходимым для начала создания электронной публичной библиотеки.

Я провёл огромное количество исследований в поисках электронных книг и никогда, ни разу не находил одну, созданную до 1 июля 1971 года, которая предназначалась бы для публичного доступа как общий источник знаний, свободно скачиваемый из Интернета.

На самом деле, в течение примерно 30+ лет никто публично не сомневался в том, что именно я мог изобрести электронные книги и/или электронные библиотеки; лишь после того, как Google устроил свою масштабную рекламную кампанию стоимостью в несколько миллионов долларов, заставившую весь мир думать, что именно они только что изобрели электронные книги и электронные библиотеки 14 декабря 2004 года, нашлись люди, которые захотели отодвинуть меня от звания отца движения электронных книг/библиотек.

Было предложено несколько кандидатов.

Наиболее часто упоминался Дуг Энгельбарт (Doug Engelbart), изобретатель мыши, создавший компьютер с онлайн-руководством, вероятно представленным около 1969 года, но таких компьютеров было продано лишь несколько штук, и в то время руководство было доступно только на самих компьютерах, а не для бесплатного скачивания. С тех пор это руководство было помещено в Интернет для скачивания, и несколькими людьми ему ретроактивно присвоен статус первой электронной книги.

Однако, несмотря на то, что я большой фанат компьютеров, я не считаю, что руководства по конкретным компьютерным инструкциям можно считать книгами общего интереса, равно как и включение руководства в несколько компьютеров нельзя считать публикацией в том же смысле, в каком даты публикации книг не указываются при совершенно ограниченном распространении нескольких экземпляров, а указываются при первой крупной публикации, когда напечатано сразу несколько тысяч экземпляров.

Кроме того, Дуг Энгельбарт запатентовал мышь двумя годами позже, но никогда не патентовал и не регистрировал товарный знак концепции электронных книг — что сделал бы человек вроде него, если бы он воспринимал электронные книги так, как воспринимал их я.

На самом деле, я действительно думал о патентовании и регистрации товарного знака термина «электронная книга», но должен честно сказать, что мне хотелось изменить мир больше, чем получить выгоду от этих изменений, и это было верно до, во время и после всей компьютерной революции и .com-бума.

Единственная причина, по которой я сейчас сожалею об этом решении — это неправильное использование слова «электронная книга» теми, кто слишком ленив, чтобы проверить те слова и изображения слов, которые они отсканировали в свои компьютеры.

Изображение книги — это не электронная книга, даже электронное изображение.

Электронная книга должна быть доступной для поиска, цитирования, использоваться как источник для новых изданий или переиздания старых, а также легко читаться, искаться, цитироваться и использоваться всеми этими способами на всех распространённых комбинациях аппаратного и программного обеспечения.

Если бы я зарегистрировал товарный знак на слово «электронная книга», возможно, я мог бы настаивать на этом, может быть, хоть немного, установив различие между сканами Google, файлами поиска и тем видом электронных книг, которые каждый может скачать и читать всю оставшуюся историю.

То, что вы получаете с этими ложными электронными книгами — это чрезмерно большие файлы, менее полезные, чем простые текстовые или HTML-файлы. Однако я первым признаю, что некоторые из этих ложных электронных книг очень красивы, но я прежде всего думаю о практической стороне изобретения, подобного печатному станку Гутенберга, о том, как он изменил мир от неграмотности к грамотности, как это изобретение породило научную революцию, промышленную революцию и создало саму концепцию массового производства.

Можете ли вы назвать ещё какое-нибудь изобретение, которое так сильно изменило мир?

Появился ещё как минимум один другой потенциальный кандидат на первую электронную книгу, и после долгих и долгих поисков я наконец нашёл её копию, но человек, создавший эту книгу, попросил меня не упоминать её, и я должен сдержать своё обещание. Все, что я могу сказать об этом, — это то, что это не тот вид книги, которую человек реально сел бы и прочитал в той форме, в какой она была представлена; она предназначалась для чтения компьютерами, а не людьми.

Если вы посмотрите вокруг электронной библиотеки Project Gutenberg, у вас часто будет возможность увидеть упоминания о том, что электронные книги Project Gutenberg изначально были разработаны так, чтобы их с одинаковым удобством и пользой могли читать как люди, так и компьютеры.

Существует также несколько крупных университетов, которые откровенно заявляют, что у них самые большие и старые электронные библиотеки в мире, но ни один в мире не скажет, что начал раньше 4 июля 1971 года, и ни у одного нет 100 000+ электронных книг, которые можно скачать в любое время, не говоря уже о том, чтобы размещать их на своих сайтах, использовать для создания собственных изданий и т. д., и т. п.

Правда заключается в том, что практически все остальные предприятия, связанные с электронными книгами, следует рассматривать как часть мира «ограниченного распространения» (Limited Distribution), тогда как Project Gutenberg следует считать первым предприятием нового типа, основанного на «неограничённом распространении» (Unlimited Distribution).

Идея/идеал Project Gutenberg — это первое осознание интернет-возможности создания чего-то, что каждый сможет иметь — на протяжении всей оставшейся истории — подобно тому, что выходило из вымышленного репликатора «Звёздного пути» (Star Trek).

Любой человек где угодно может набрать книгу и отправить её в Project Gutenberg, и она станет доступной более чем миллиарду пользователей Интернета уже на следующий день — и каждый из них может передать её кому угодно, лишь бы с получателей не взималась плата, превышающая стоимость диска, содержащего электронные книги.

В этом и заключается ценность «неограниченного распространения», и это было главной отличительной чертой Project Gutenberg с самого начала.

Что делают большинство предприятий с «ограниченным распространением» — так это пытаются заставить вас приходить к ним каждый раз, когда вы хотите использовать книгу.

Они размещают рекламу на своих сайтах и получают оплату каждый раз, когда вы заходите.

Project Gutenberg никогда не размещал рекламу на своих сайтах и призывает ВАС создать вашу собственную «Персональную библиотеку» на вашем собственном «Персональном компьютере», чтобы у вас был доступ к миллиону электронных книг в любое время, а не тогда, когда кто-то другой разрешит вам войти… мы считаем, что у вас должны быть электронные библиотеки всегда, даже когда ваш интернет-шлюз не работает, даже когда они закрыли свои сайты на техническое обслуживание или навсегда.

Если вы выполните поиск по электронным книгам Project Gutenberg, скорее всего, вы найдёте в результатах поиска больше копий, чем вам когда-либо понадобится, но дело в том, что даже тогда, когда значительные части Интернета были недоступны из-за отключения электричества, вы всё ещё могли найти множество источников электронных книг Project Gutenberg, в то время как на других сайтах было трудно найти какие-либо электронные книги.

Электронные книги Project Gutenberg являются постоянной частью Интернета и всегда были таковыми.

Электронные книги появляются и исчезают с других сайтов электронных книг, сами сайты электронных книг появляются и исчезают время от времени, но Project Gutenberg всегда был там.

Основная причина в том, что Project Gutenberg существует в равной мере для пользы каждого человека в мире, ни для кого не больше, чем для другого, включая меня. Вы, вероятно, содрогнулись бы при мысли о том, чтобы поменяться со мной доходами, поскольку большую часть моих лет, проведённых с Project Gutenberg, я работал на общественных началах, и мне редко платят — регулярно получают оплату только наши бухгалтеры.

Project Gutenberg невозможно закрыть из-за нехватки денег, потому что самих денег изначально никогда и не было, и поэтому Project Gutenberg, таким, каким он является, остаётся самым постоянным элементом в Интернете всё время с тех пор, как он впервые распространился от побережья до побережья США.

За всё это время Project Gutenberg ни разу не получал крупного гранта.

Google и Yahoo утверждают, что сканируют от 500 до 1000 книг в один день, и если бы это хоть сколько-нибудь соответствовало действительности за 22 месяца, которые Google уже почти достиг, то есть за 700 дней, у Google должно было бы быть около 700 000 книг в их программе «Google Print Library» / «Google Book Search», но общее число выглядит скорее как 100 000, и я не уверен, что вы можете скачать половину этого количества или даже прочитать половину. Yahoo заявляет о 500 книг в день и только за период примерно в 11 месяцев, что дало бы более 150 000 электронных книг, но и это было бы крайне трудно найти на практике… оценки скорее колеблются в районе 10 000–15 000, а не 100 000–150 000.

Однако вы можете посетить следующие сайты Project Gutenberg в любой день и найти в общей сложности более 100 000 электронных книг, которые можно взять бесплатно, и все они — книги, которые вы можете перепостить на своём сайте без запроса разрешения, при условии, что не взимается плата за членство или скачивание.

Примерно на 1 октября 2006 года:

• 21 500 электронных книг на http://www.gutenberg.org ~50 языков

• 100 000 электронных книг на http://www.gutenberg.cc ~100 языков

• 1 290 электронных книг на http://gutenberg.net.au Project Gutenberg Австралии

• 350 электронных книг на http://pge.rastko.net ~65 языков через Project Gutenberg Европы

• 376 электронных книг на http://preprints.readingroo.ms/ Это электронные книги, ещё не готовые к основному выпуску.

Кроме того, Project Gutenberg спонсирует Всемирную ярмарку электронных книг (The World eBook Fair), которая раздаёт от 400 000 до 500 000 электронных книг на момент написания этой статьи (http://worldebookfair.com).

### Не суди о книге по обложке

Don’t Judge A Book By The Cover

Это высказывание — одно из первых, которое многие из нас услышали в школе, настолько очевидно истинное, что объяснения не требовалось.

Нельзя действительно узнать, что находится внутри книги, глядя на её обложку, поэтому каждую неделю миллионы долларов тратятся на тысячи рецензий на книги в New York Times, The Times of London, The Times of India и буквально десятки тысяч других газет по всему миру.

Поэтому возникает важный вопрос: почему так много людей, которые называют себя любителями книг, на самом деле комментируют внешний вид книг больше, чем их содержание?

#### Читать или не читать — вот в чём вопрос

Так много комментариев от «посвящённых» касаются ТОЛЬКО форм, компоновки, шрифтов, переплётов, бумаги, каталожной информации, полей, нумерации страниц, переносов и лингвистической орфографии, без каких-либо взглядов или упоминаний самого содержания книг, что начинаешь всерьёз задаваться вопросом, читали ли они вообще эти книги, или прилагали большие усилия, чтобы рассмотреть книгу, так и не сумев прочитать её.

Это было бы равнозначно тому, если бы журнал «Car and Driver» писал об автомобилях, не садясь в них за руль.

Они говорили бы о великолепной покраске, о том, как низкопрофильные шины и низкий кузов работают вместе, создавая определённый образ, о том, как интерьер спроектирован так, чтобы казаться более просторным, чем позволяют реальные кубические футы на каждого пассажира, о видимости через окна и множестве других деталей, таких как роскошная обивка из коринфской кожи, но, не совершив серьёзной поездки, невозможно понять, настоящий ли автомобиль перед вами — он может оказаться просто макетом, который не может двигаться.

Если книга не затрагивает читателя, она провалилась как книга точно так же, как автомобиль провалился бы, если бы не мог перевозить пассажиров.

Всё это, конечно, совершенно академично, если вы не читаете книги.

#### Внешний вид книг по сравнению с внешним видом людей

Нам всем говорили: «Одежда не делает человека», но мы всё ещё живём в обществе, где значительная часть экономики создаётся ради того, чтобы побудить людей судить о других по внешности.

Даже если полностью исключить Голливуд и высокую моду, миллиарды людей тратят дополнительные тысячи долларов, чтобы носить вещи, создающие иллюзию, которую они хотят представить миру, вместо того, чтобы быть теми, кто они есть на самом деле — внешне и внутренне.

Аргументы, приводимые против книг в подобных разговорах, являются примером ровно того же самого, но даже хуже, поскольку в этих случаях вообще не затрагивается содержание книг.

Вот небольшой список качеств людей в сравнении с качествами книг:

Люди | Книги
Цвет волос | Внешний вид корешка (Spine Appearance)
Причёска | Название (Title)
Рост/вес | Длина/вес
Длина волос | Размер страницы
Цвет глаз | Цвет переплёта
Красота | Качество бумаги
Происхождение | Каталожные данные (Catalog Data)
Маникюр | Компоновка страницы (Page Layout)
Лак для ногтей | Выбор шрифта (Font Selection)
Обувь | Материал переплёта (Binding Material)
Язык | Переносы (Hyphenation)
Акцент | Орфография (Orthography)
Очки | Размер шрифта (Font Size)
Цвет кожи | Цвет/отделка бумаги (Paper Color/Finish)

Верите или нет, но большинство комментариев, полученных в дискуссиях об этих книгах, концентрируются именно на элементах из этого списка, а не на реальном содержании книг.

Если бы аналогичный разговор происходил о людях, которых мы знаем, быстро сделался бы вывод, что наблюдения поверхностны — не имеющие отношения к самой сути человека, так же как разговоры о книгах здесь не имеют ничего общего с их содержательной частью.

Психологи и психиатры имеют название для такой фиксации на второстепенных характеристиках вместо основных:

Это называется «фетишизм» (fetishism).

Конечно, в случае обсуждаемых книг ничто не мешает каждому выбрать именно тот внешний вид, который кажется ему наиболее привлекательным.

Тот, кто жалуется, очевидно, просто слишком ленив, чтобы внести коррективы.

### Критики электронных книг: судя об электронной книге по её внешнему виду

eBooks Critics: Judging An eBook By Its Cover

Подавляющее большинство критиков Project Gutenberg судят не о самих электронных книгах, а о том, что буквально представляет собой материал, обычно размещаемый на обложке или рядом с ней в бумажных книгах — и о внешнем виде электронной книги на их экранах, что, к сожалению, является их выбором, а не выбором Project Gutenberg.

Вот список наиболее распространённых претензий:

• Цвет

• Шрифт

• Поля (Margination)

• Нумерация страниц (Pagination)

• Каталожные данные (Catalog Data)

• Художественное оформление обложки [Это относится к нескольким годам назад, сейчас неактуально]

Те, кто жалуется громче всего, похоже, никогда не читают книги:

Любопытно, что люди, которые жалуются громче всех, обычно имеют наименьшее, что сказать о содержании, почти никогда не дают признаков того, что они действительно ПРОЧИТАЛИ какую-либо конкретную электронную книгу или сборник, на который жалуются.

Мы приложили большие усилия, чтобы электронные книги Project Gutenberg хорошо работали с самым широким разнообразием аппаратного и программного обеспечения, и поэтому часто не включаем переносы в конце строк, нумерацию страниц или номера страниц, поскольку это может нарушить процесс чтения как людьми, так и компьютерными программами.

Для нас крайне важно, чтобы программы поиска могли находить цитаты, которые вы хотите найти, чтобы наши электронные книги содержали минимальное количество странных символов, которые могут мешать поиску или копированию в электронные письма, в различные текстовые редакторы и т. д.

Ещё более важна возможность для людей с нарушениями зрения либо прослушивать текст вслух, либо изменять размер или форму шрифта в соответствии со своими потребностями.

Поэтому мы делаем всё возможное, чтобы не навязывать нашим читателям подобные формальности и стили.

Форма и формальность против содержания: 99 % жалоб касаются того, КАК выглядят книги, а не того, что находится в содержании электронных книг.

Выбор за вами: ЭТО ВАШ ВЫБОР, А НЕ ВЫБОР, СДЕЛАННЫЙ ДЛЯ ВАС PROJECT GUTENBERG.

Project Gutenberg специально позаботился о том, чтобы электронные книги можно было читать практически на любой комбинации аппаратного и программного обеспечения, с которой человек может столкнуться, и оставил выбор шрифта и цвета на усмотрение читателя. Тем не менее, наиболее частые замечания, которые делают многие читатели электронных книг, заключаются в том, что им больше нравится внешний вид электронной книги на определённой комбинации оборудования и программного обеспечения, отличной от стандартных настроек, установленных на их компьютерах.

Любой, кто готов потратить несколько минут, чтобы установить свои собственные цвета и шрифты, сможет получить все эти электронные книги в бесконечном, или почти бесконечном, разнообразии.

Для тех, кто не делает выбора, это примерно то же самое, что ездить на велосипеде, никогда не переключая передачи.

Сегодня трудно купить компьютер с количеством цветов менее миллионов и миллионов; если предположить, что только один миллион подходит для цвета переднего плана и только один миллион — для фона, это оставляет триллион возможных цветовых комбинаций, даже если исключить почти все варианты ещё до начала выбора.

Я не знаю, сколько шрифтов доступно сегодня бесплатно с компьютерами, но я точно знаю, что вы можете купить гораздо больше за символическую плату, обычно сотнями или тысячами.

Установка собственных полей и длины страницы — тривиальная задача — вы можете сделать это разными способами.

Чем должна или не должна быть электронная книга:

Многие считают, что электронная книга должна быть ничем иным, как ксерокопией их любимого бумажного издания, и что все другие издания, кроме их личного любимого, вообще не должны существовать, по крайней мере в качестве электронных изданий. Такой узколобый подход, вероятно, напоминает комментарии, сделанные сотни и тысячи лет назад, о переходе от рукописных текстов до эпохи печатного станка Гутенберга более 500 лет назад, и о переходе от свитков к книгам в переплёте 1000 лет назад.

Правда в том, что большинство классических произведений были написаны в форматах и стилях, которые совершенно не похожи на то, что мы видим, когда читаем тот же самый текст сегодня.

Что такое книга?

Книга обычно представляет собой собрание слов определённого человека, который чувствовал необходимость передать определённые мысли и чувства остальному миру. Современные книги иногда содержат иллюстрации, которые ранее были доступны только в виде деревянных гравюр, а самые современные книги могут включать «мультимедийные» материалы.

Когда мы читаем классические произведения — а большая часть Project Gutenberg состоит из классики и произведений её времени — мы на самом деле не читаем ничего, что напоминало бы оригинал, который, вполне вероятно, был написан пером с гусиного пера или даже более ранними письменными принадлежностями.

Тем не менее, эти «чистоплюи» (purists) создают впечатление, будто классика была изначально написана на английском языке, в форме книги, и что эти книги никогда не должны меняться ни по внешнему виду, ни по содержанию, вплоть до сохранения очевидных ошибок.

Простите, но я просто не хочу провести свою жизнь, сохраняя ошибки предыдущих поколений издателей, которые копировали текст вручную вплоть до появления печатного станка Гутенберга, через множество переводов, часто прошедших через различные итерации игры, в которую мы играли в детстве, под названием «телефон», где мы поняли, что огромное количество информации искажается, когда один человек передаёт другому, а тот — третьему и т. д. Вы можете быть уверены, что то, что мы читаем как греческие классические тексты, часто проходило через такой же процесс, вплоть до таких очевидных ошибок, как:

«Красное море» вместо «Море тростниковое»

и

«Не убий» вместо «Не совершай убийства»

Как я уже говорил в те времена, когда мы только начали работать над Шекспиром в Project Gutenberg, я не буду ввязываться в бесконечные споры о том, должно ли быть:

«Быть или не быть»

или

«Быть, или не быть»

или

«Быть; или не быть»

или

«Быть: или не быть»

или

«Быть— или не быть»

или

«Быть — или не быть»

или что-то ещё.

Это не представляет интереса для 99 % читателей.

Лично я сомневаюсь, что даже 0,000001 % людей в мире сталкиваются с подобным вопросом при чтении Шекспира.

Правда в том, что, за исключением, возможно, Первого фолио (The First Folio), которое, как многие отмечают, порой специально стремится быть неясным, вы можете понять 99 % сути Шекспира, прочитав почти любое издание, и Шекспир — один из редких случаев, когда издания заметно различаются между собой.

Большинство различных изданий одной и той же книги на 99,99 % идентичны — и различия обычно сводятся лишь к очевидным ошибкам или добавленным комментариям, но не к изменениям в выборе слов, знаков препинания и т. п., сделанным самим автором.

Тем не менее, «чистоплюи» тратят несметные части своей карьеры, какой бы она ни была, на споры о том, ставил ли Шекспир определённый знак препинания или нет, не говоря уже о том, был ли автор того, что мы называем «Шекспиром», на самом деле Шекспиром.

Я помню конкретный случай, когда один из самых известных университетов элитарного уровня однажды выделил целую годовую зарплату, чтобы посчитать, сколько раз Шекспир использовал слово «the» в своих произведениях… в эпоху, когда электронные книги уже существовали, и, вероятно, было уже более одного экземпляра каждой пьесы Шекспира, так что подсчёт слова «the» можно было выполнить за считанные секунды, даже если использовать несколько разных программ подсчёта от разных производителей для получения различных результатов.

На самом деле, такой проект легко мог бы быть выполнен — и выполнен с очень высокой степенью достоверности — студентами или вообще любыми другими людьми без участия профессорско-преподавательского состава самого высокого уровня в самом элитарном университете на всей планете.

Разве кто-то действительно считал это достойным целой годовой зарплаты?

Или это была какая-то элитарная интеллектуальная спесь?

Вот что мы часто получаем от критиков Project Gutenberg — элитарную интеллектуальную спесь — такого рода, которая утверждает, что ценность электронной книги абсолютно ничтожна, если у неё нет определённого происхождения из Британского или Американского клуба собаководства (The British or American Kennel Club), если только эта информация о происхождении не включена.

Однако, как только вы начинаете исправлять ошибки — а я, как уже говорил ранее, не желаю заниматься сохранением ошибок — простое указание только одного бумажного издания становится ложью, и я не намерен лгать.

Я оставляю представителям башни из слоновой кости спорить о том, сколько и каких ангелов могут сидеть, стоять или танцевать на острие иглы, а затем оставляю эту иглу решать, что делать с группой ангелов на её голове.

Лично я рекомендую Selsun Blue или Head & Shoulders.

Заключение:

Прошу прощения за то, что уделил этому так много времени, но правда в том, что жалобы в основном носят именно такой характер, как описано выше.

Эти споры бесконечны — от точки зрения человека, утверждающего, что книги должны включать систему десятичной классификации Дьюи (Dewey Decimal System) в заголовке, до тех, кто требует включения Библиотеки Конгресса (Library of Congress), до тех, кто настаивает на едином каталогизировании (Union Cataloguing), до тех, кто говорит, что должна использоваться какая-то другая система каталогизации.

Правда в том, что многие из этих книг, возможно, даже большинство, изначально не содержали такой информации, иногда даже даты, поскольку США были единственной страной, требовавшей указания даты, и теперь даже они этого не требуют, просто чтобы усложнить определение момента истечения срока авторских прав. Авторское право — это тема более широкая, чем я хотел бы затрагивать здесь; просто скажу, что подробнее об этом можно прочитать в моих статьях об авторском праве, где я объясняю, что авторское право было изобретено теми, кто хотел остановить печатный станок Гутенберга и каждую последующую технологию издания, которая могла бы/могла бы/должна бы предоставить библиотеки информации общественности.

Моё самое сильное предложение по этим вопросам — просто запомнить и забыть ту аргументацию из башни из слоновой кости, которая, к сожалению, направлена исключительно на то, чтобы держать библиотеки электронных книг подальше от общественности и простых людей, и хранить информацию близко к себе «заинтересованными кругами» (the vested interests).

Вы можете получить 99 % информации из 99 % изданий почти любой книги в мире, за исключением самых заметных среди этих «чистоплюев», тех, кто будет сокращать — цензурировать (Bowdlerize) — или сжигать то, что они не хотят, чтобы вы читали.

Помните, люди умирали за ваше право читать книги, перешедшие в общественное достояние, начиная с борьбы за разрушение монополии на религиозные тексты, породившей протестантские реформации, и заканчивая теми, кто выжил после Второй мировой войны, сражаясь с теми, кто сжигал книги.

«Там, где сжигают книги, в конце концов будут сжигать и людей».

Если бы те, кто выступает за бессрочное авторское право, добились своего, вы даже не смогли бы найти источник этой цитаты.

### Кто является владельцем авторских прав?

Who Owns Copyrights?

Недавно у нас состоялась небольшая публичная дискуссия, когда несколько человек оспорили мои утверждения о том, сколько авторских прав принадлежит корпорациям, а не авторам.

Проблема подобных дискуссий, равно как и дискуссий с другими людьми, которые полагаются на косвенную информацию, полученную из исследований, а не на то, что они могут выяснить самостоятельно, заключается в том, что всё сводится к бессмысленному перебрасыванию цитатами между людьми, каждый из которых ссылается на источник, с которым он сам не имеет реальной связи — «бросание глыб в глыбы», как любил говорить мой покойный отец.

Однако, как повезло, сегодня я купил на распродаже в гараже набор книг, почти случайно, в который входило около полудюжины книг Марка Твена / Сэмюэля Клеменса, и эти книги наглядно показывают, что подобные дискуссии — не более чем пустой воздух, когда речь идёт лишь о людях, рассуждающих об авторитетах или учёных, а не о реальном положении дел.

Этот набор из шести книг, опубликованных в 1800-х годах, показал, что даже для такого выдающегося человека, как Твен/Клеменс, договор с издателями был трудным, а порой и невозможным, если только он не отказывался от своих авторских прав.

Более того, похоже, что различные обстоятельства мешали Твену/Клеменсу регистрировать авторские права на свои произведения: в одном случае право указано на имя члена семьи, а в нескольких других — на имя его издателя, которого я не называю, поскольку эта компания до сих пор существует. Я не упоминаю их имя не из юридических соображений, а потому что не хочу привлекать внимание к тем, кого презираю, точно так же, как я не упоминаю тех, кто выдвигал абсурдные доводы о том, будто корпорации не заставляют писателей передавать им авторские права, или будто никаких контрактов не существует.

Если такой человек, как Марк Твен / Сэмюэль Клеменс, был вынужден подчиниться давлению и передать авторские права издателям — то какой шанс имели бы писатели с менее значительными достижениями?

Я предпочитаю проводить собственные прямые исследования, а не полагаться на мнение экспертов и учёных, которые сами занимаются косвенными исследованиями. У меня есть эти книги, которым более ста лет, и я не тот человек, кто должен зависеть от чужого мнения по данному вопросу.

На самом деле, это напоминает мне ситуацию, когда один из участников (он до сих пор с нами) в аналогичной дискуссии утверждал, будто меня не было в Интернете через компьютер Xerox Sigma V в Исследовательской лаборатории материалов Университета Иллинойса, когда я разместил первый файл, который впоследствии стал частью электронной библиотеки Project Gutenberg.

То, что этот человек назвал «ФАКТОМ», оказалось всего лишь списком, составленным кем-то, кто там не присутствовал, и который он просто прочитал.

Чтение списка компьютеров в Интернете десятилетия назад не следует путать с прямым опытом тех, кто действительно был там, кто реально переписывался по электронной почте через континент — и особенно тех, кто действительно размещал первые файлы для бесплатного скачивания, положив начало революции электронных книг.

Как я говорю всем, кто слишком полагается на экспертов/учёных:

«НЕ ПУТАЙТЕ КАРТУ С МЕСТНОСТЬЮ!»

С одной стороны — реальность, с другой — отчёты о реальности… Это совершенно разные вещи.

Конечно, с вашей индивидуальной точки зрения, вы можете не отличить одного из нас от другого, за исключением случая, когда один человек, также оставшийся без имени, признался, что его там не было, но он просто прочитал список и объявил этот список «ФАКТОМ», тогда как другой утверждает, что он действительно был там.

Кому бы ВЫ поверили?

Человеку, который признаётся, что читал список, составленный второпях, без проверки каждого компьютера лично… Как это называется в юридических определениях… «слухи»?.. Но в данном случае — «двойные слухи», когда мы слышим от одного человека, которому сообщил другой.

Я был там, и я владею этими книгами Твена/Клеменса. Мне не нужно спрашивать кого-либо ещё, чтобы подтвердить эти факты, если я захочу. Это не проявление высокомерия, а просто ситуация, в которой мне не нужно полагаться на косвенные или третьеразовые сообщения.

Вывод

Не верьте тому, что люди утверждают как факт, — проверяйте сами, чтобы составить собственное мнение.

Чем громче кто-то кричит «ФАКТ», тем больше должно быть независимых источников, подтверждающих это.

Проблема в том, что экстремисты недавно стали искусны в том, чтобы запутывать ситуацию с помощью семантических различий, неверных цитат, смены темы и т. д.

Здесь речь всегда идёт о том, как доставить наибольшее количество электронных книг читателям по всему миру.

Всё остальное — просто отвлечение.

В данном случае история авторского права полна примеров того, насколько те, кто продвигает авторское право, готовы говорить и делать, чтобы отнять права как у авторов, так и у общественного достояния.

Марк Твен / Сэмюэль Клеменс — лишь один пример из миллионов людей, которые потеряли свои права под давлением авторского права, как читатели, так и писатели.

Мы недавно видели судебные дела, выигранные группами авторов, чьи авторские права были нарушены при электронной переиздании, в антологиях и т. д., которые не были явно переданы их издателям.

Однако, без таких крупных групп, способных оплатить судебные издержки в миллион долларов, или без миллионов собственных долларов на расходы — даже такой человек, как Марк Твен, был вынужден уступить издателям.

Каждый закон об авторском праве максимально стремится уничтожить те права, которые есть у читателей и писателей, начиная с первых неудачных законов, которые я называю «Статут Мэри», и заканчивая последними изменениями, известными как «Закон об авторском праве Микки Мауса».

Авторское право было изобретено исключительно как реакционная политическая мера группой под названием «Гильдия книготорговцев» (The Stationers Guild), созданной с целью восстановить монополию, которую они потеряли после появления печатного станка Гутенберга.

Им потребовалось 250 лет неудач, но в конце концов усилия оказались слишком сильны для королевы Анны, после того как они были отвергнуты королями и королевами Англии — от Генриха VIII до Елизаветы I.

Гильдия книготорговцев понимала одну вещь:

Вы можете проигрывать сотни лет.

Вам нужно победить всего один раз.

После «Статута Анны» почти каждое новое правительство добавляло свою версию этого закона, вплоть до точного указания количества лет каждого срока действия авторского права.

Современные законы об авторском праве являются прямыми потомками многовековых жёстких лобби со стороны группы людей, которые просто не хотели признавать, ни к лучшему, ни к худшему, что их монополия на издательскую деятельность резко закончилась с изобретением печатного станка Гутенберга.

Современные американские законы были протолкнуты корпорацией Disney и потомком «Гильдии книготорговцев» под названием ВОИС (WIPO), которая возникла как современная корпорация из прежних европейских объединений издателей, стремившихся распространить авторское право в 1800-х годах.

Способы создания законов об авторском праве практически не изменились: каждый закон пишется издателями задолго до того, как он становится законом, принятым правительствами по всему миру.

От современного дела в Верховном суде США моего друга Эрика Элдреда (Eric Eldred), который занял моё место, когда я понял, что дело приносит больше вреда, чем пользы, и который скажет вам, что корпоративные представители Disney были прямо в центре внимания, в то время как его буквально оттеснили на задние сиденья автобуса, — до первоначальных неудачных попыток создать авторское право со стороны совершенно отчаявшейся Гильдии книготорговцев, — издатели открыто демонстрируют себя как истинных источников законов об авторском праве. Никакого беспристрастия с их стороны: они являются настоящими истцами или ответчиками в этих делах, названы они или нет, и они не скрывают этого.

Где же офис Всемирного общественного достояния или Соединённых Штатов?

Существует бесчисленное множество офисов авторских прав, создающих монополии от одного конца света до другого для издателей, но где офисы, призванные защищать общественное достояние?!?!?!?!?!

### Почему электронные книги должны быть больше, чем просто Ксероксы

Why eBooks Should Be More Than eXeroxes

Отсканированные книги НЕ ЯВЛЯЮТСЯ:

• Поисковыми

• Цитируемыми

• Редактируемыми

• Эффективными

• Лёгкими Источниками для новых изданий или критических изданий

Вы не можете загружать сканы в текстовые редакторы, поисковые системы, копировать и вставлять в электронные письма, редактировать их или даже исправить очевидную опечатку.

Тем не менее, несколько «пуристов» считают, что электронные книги не должны значительно превосходить бумажные книги ни в чём, кроме как в появлении на компьютерах, без использования преимуществ, обычно связываемых с электронными книгами… то, чего хотят эти «пуристы», — это ксерокопии в их компьютерах и ничего больше, за исключением области каталогизации, где они, похоже, хотят видеть в электронных книгах больше, чем в большинстве бумажных источников.

Вместо нового продукта, нового издания, исправленных ошибок, возможностей поиска, удобного источника для ещё не созданных или даже не рассматриваемых изданий — например, одного файла с электронным сравнением нескольких изданий — они хотят не более чем старых изданий.

Электронные книги создаются темпами, пугающими тех ценителей ксерокса, которые желают сохранить такой же контроль над электронным издательством, какой Гильдия книготорговцев (The Stationers Guild) хотела иметь над бумажными книгами при изобретении печатного станка Гутенберга 550 лет назад.

Это был тот самый контроль, который использовался и вытеснялся усилиями Церкви, стремившейся сохранить полный контроль над тем, кто имеет право читать Библию, чтобы таким образом поддерживать абсолютный контроль над толкованием, в методах, которые в современных терминах называются «ситуационная этика».

Люди гибли на кострах, чтобы дать вам право читать у себя дома, создавать свои собственные издания, публиковать мысли, возникающие в вашей голове.

Помните, при Гильдии книготорговцев ничто никогда не публиковалось без их согласия и контроля.

Это та же самая анти-идея, которую сегодня всё громче выражают небольшие, но постоянно растущие группы фанатиков из «слоновой башни», которым не хватает разумения больше, чем тем религиозным фанатикам, которых они осуждают лишь на словах, но фактически повторяют.

#### Сохранение ошибок

Обе эти фанатичные группы верят в сохранение ошибок в своих выбранных «пуристских» изданиях, даже если эти ошибки признаны веками.

Интересно то, что большинство этих ошибок были созданы издателями и упущены редакторами, а значит, не являются оригинальными словами авторов. Иногда наборщики просто не имели достаточного количества нужных букв и заменяли их другими буквами или комбинациями, или даже меняли слова, чтобы компенсировать нехватку литер.

Однако «пуристы» хотят сохранить все эти ошибки в своих «пуристских» изданиях, которые никто другой не будет читать — либо потому, что чтение с такими ошибками слишком отвлекает, либо по простой причине: «пуристы» публикуют только для крайне ограниченной аудитории, ограниченной ценой, осведомлённостью о том, что было опубликовано, и сложностью чтения.

Когда вы хотите, чтобы каждый прочитал что-то — вы делаете это лёгким!

Когда не хотите — вы делаете это трудным.

Я уверен, у большинства из вас есть некоторый опыт в этом.

Однако существует ещё одна причина, по которой эти «пуристы» хотят, чтобы будущие издания точно соответствовали прошлым изданиям:

#### Власть авторитета

«Чистисты» признаются мастерами старых изданий и должны бы усердно учиться, чтобы одинаково хорошо освоить любые новые издания, которые могут быть опубликованы.

Поэтому им проще применять разрушительную критику к новым изданиям, чем действительно осваивать их.

Однако это обычно долго не длится…

За первые 50 лет после появления печатного станка Гутенберга в мире было опубликовано больше книг, чем за всю предыдущую историю человечества вместе взятую.

«Пуристы» потеряли контроль.

Церковь потеряла контроль.

Государство потеряло контроль.

Простые люди впервые научились читать.

Появился средний класс.

Власть переместилась от «красных и чёрных» — военной и церковной политики — к народу, и началась эпоха книг, грамотности и образования, которая привела к Научной эре, Эре демократии… и в конечном счёте к Промышленной революции…

Всё это — благодаря печатному станку Гутенберга.

До появления печатного станка Гутенберга не существовало даже понятий, необходимых для «массового производства».

До Гутенберга не существовало представлений об использовании металлургии в целях, отличных от пронзания друг друга на войне или пронзания земли для посева.

До Гутенберга не существовало представления о том, что широкая публика может читать.

До Гутенберга не существовало представления о том, что широкая публика может получать образование.

[См. статью под названием: Как Гутенберг начал Промышленную революцию: Как Гутенбергова революция привела к Промышленной революции]

Современное образование, достойное ли оно имени?

Современное образование, похоже, является инструментом приспособления со стороны высшего класса для контроля над следующим поколением, а не настоящим образовательным процессом.

Школы эффективно обучают 99% учащихся тому, как вписываться в систему, однако лишь 50% учатся читать достаточно, чтобы прочесть даже статью вроде этой, не говоря уже о полноценном образовательном процессе.

[Речь идёт о системе образования Соединённых Штатов]

Подтверждением этому служит тот факт, что чем дольше американские студенты учатся в школе, тем дальше они отстают от учащихся в нескольких десятках других стран, некоторые из которых вызывают удивление.

Неудивительно ли, что победители Национальной орфографической олимпиады и других подобных соревнований в последнее время — домашние школьники?

85% американцев получают аттестат о среднем образовании.

50% американцев испытывают трудности с чтением чего-то вроде этого.

Электронные книги обладают силой «неограниченного распространения».

Полнотекстовые электронные книги просты и достаточно малы, чтобы любой мог отправить их любому, гораздо меньше, чем музыка для iPod, поэтому для вас не должно быть сюрпризом:

Уже в первую неделю после появления iPod люди писали программы для чтения электронных книг на iPod, и Apple объявила о выпуске iPod, специально адаптированного для электронных книг!

Сейчас уже есть миллиард пользователей Интернета, и ещё миллиард ожидается к 2010 году — всего через три года.

Я прогнозирую, что к 2020 году половину населения мира — 3,5 миллиарда человек — будут составлять пользователи Интернета… что означает больший шанс на грамотность и образование, чем когда-либо ранее.

Сейчас вы можете опубликовать книгу в Интернете и достичь большего числа людей, чем когда-либо читало какую-либо одну книгу, и это число утроится к 2020 году.

Существует потенциал для революции в грамотности и образовании в ближайшие несколько лет, которая сделает старую Гутенбергову революцию всего лишь небольшим подъёмом на дороге.

#### Вывод

Поэтому давайте не будем обмануты теми, кто пытается удержать электронные книги на том же уровне, что и бумажные, кто говорит нам ограничивать электронные книги ксерокопиями их любимых изданий, кто хочет, чтобы файл отсканированной электронной книги занимал в десятки раз больше места, чем файл полнотекстовой электронной книги, кто хочет устранить поиск и возможность копирования цитат из электронных книг и, самое главное, кто хочет устранить новые издания.

Даже старые издания сегодня удерживаются под авторским правом.

Сегодня насчитывается около 33 миллионов книг, находящихся под авторским правом.

Около 31 миллиона из них больше не переиздаются.

Это означает, что из всех продлений авторских прав, существующих сегодня, мы потеряли около 31 миллиона книг только ради того, чтобы издатели могли получить несколько процентов прибыли дополнительно на 3% книг, которые они переиздали в этом году.

Каким был бы мир без продления авторских прав?

Подумайте, каким был бы наш мир сегодня без Гутенберга и его революции, без Научной революции и без массового производства, без металлургических революций — и, самое главное, без Промышленной революции.

А теперь подумайте, каким был бы наш мир без грядущей революции Project Gutenberg, без грядущей научно-технологической революции, без новой массовой образовательной революции…

и, самое главное,

Подумайте, каким был бы наш мир без репликаторов, ведь именно такой прецедент закладывается сегодня путём ограничения мира издания и переиздания книг!

Каким будет мир, когда каждый сможет иметь каждый предмет, которого он хочет… но это будет запрещено!!!

Именно это происходит сегодня с электронными книгами!!!!!!!

Сегодня за цену бумажной энциклопедии вы можете купить и заполнить новый компьютер миллионом книг.

Именно это они пытаются сделать незаконным…